Показать сообщение отдельно
  #3  
Старый 02.05.2007, 19:12
Берельсон (Offline)
Активный участник
 
Регистрация: 15.04.2007
Адрес: Самара
Сообщений: 107
Берельсон is on a distinguished road
Из скорой помощи вышла женщина в белом халате, стала задавать мне вопросы и заполнять протокол. Я кричал, чтобы быстрее везли в больницу. Наконец на носилках сына затащили в машину, и я сел придерживая его голову. Никаких капельниц и ничего такого, что мы видим по телевизору, когда за границей везут в больницу, здесь и в помине не было. Фактически это была не скорая помощь, а перевозка. Шофёр мчался с бешенной скорость по самарским колдобинам, а я изо всех сил пытался удержать сына, которого било об эти жёсткие носилки и он просто слетал с них. Второй раз повезло, что в этот день дежурила Пироговка, которая находится недалеко от Пензенской. Носилки перетащили на тележку и я, как можно быстрее, закатил её в указанную мне комнатку. Там 2 пожилые женщины стали раздевать сына и протаскивать его голову через ворот плотного свитера. Как я потом жалел, что не догадался разрезать этот свитер, и до сих пор не понимаю, почему женщины, работавшие здесь не первый день, не сделали этого. Третий раз повезло, что как раз в это время дежурила бригада врачей, и Сашу быстро подготовили и стали оперировать. Приехали родственники и Сашины друзья, но никто ничего не знал, что там происходит, а передо мной всё было, как в тумане. Глубокой ночью сказали, что Сашу перевезли в реанимацию и чтобы мы все уходили. Потом я узнал подробности. В операции принимала участие дочь моей сотрудницы по работе. Она сказала, что у Саши 2 раза была клиническая смерть, пока врачи не определили, что идут сильные потери крови и не вскрыли весь живот, начиная ниже пупка и до самого верха. Был разрыв селезёнки и потеря 800мл крови. Селезёнку удалили, а дочь моей сотрудницы спешно зашила живот, так как нужно было продолжать операцию. У Саши был перелом свода и основания черепа, ранение менингиальной артерии, ушиб головного мозга тяжёлой степени, массивные гематомы над и под мозговыми оболочками. Мне потом хирург сказал, что мозг был, как большой синяк. Саше сделали трепанацию черепа, откачав ещё много крови. Врачи были уверены, что он не выживет. Впоследствии выяснилось, что был ещё перелом позвоночника возле копчика, но это просто не заметили. Всякие там ссадины и порезы уже казались мелочью. Когда рано утром в страхе мы пришли к дверям реанимации, то узнали, что Саше сделали ещё одну трепанацию черепа, и что он находится в глубокой коме. Вышел врач по фамилии Левин. Я смотрел на него, как на своего спасителя, а он сказал мне, что он лечащий врач и чтобы я немедленно принёс 10000 рублей. Толком ничего не соображая я смог в этот же день достать и принёсти эту сумму. Как сейчас вижу, как эти нелегко мне доставшиеся деньги, он небрежно смял в комок и засунул в карман халата. Опережая события скажу, что этот, так называемый человек, спешил быстрее получить деньги, так как был уверен, что Сашу скоро отвезут в морг. Мне он сказал, что деньги нужны для того, чтобы раздать врачам и медсёстрам. Нам разрешили пройти в палату к Саше.
Реанимация - это палаты без дверей, отделённые от коридора стеклянной стенкой. Саша лежал на спине абсолютно голый, голова была замотана большой кровавой чалмой, всё лицо было перкошено гигантским отёком, а зашитый живот был заклеен повязками и из живота торчала какя-то трубка. Ещё одна трубка, подключенная к аппарату искусственного дыхания, была вставлена в горло. Приходила врач с лампой и пыталась по реакции зрачков определить состояние Саши, но никакого шевеления не было. Нам сказали, что мы можем приходить 2 раза в день и обтирать его водкой с шампунью, чтобы не было пролежней. Там был прекрасный врач Александр Сергеевич, который учил нас, как это делать и помогал нам, но несмотря на это чуть ли не на второй день стали образовываться пролежни и нам сказали, чтобы мы срочно купили противопролежневый матрас. Когда мы пришли на следующий день, то узнали, что Саше сделали дырку в горле и в неё вставили трубку для аппарата искусственного дыхания. Саше много раз делали переливание крови. Саша учился на 3-м курсе авиационного института, был старостой группы и его институтские друзья сдавали кровь. Нам сказали, что Сашу нужно кормить и мы стали ходить на рынок, покупать самое свежее мясо и печёнку. Варили и много раз прокручивать через мясорубку. Черз нос была вставлена трубка до самого желудка и медсстра большим шрицем через эту трубку кормила Сашу. Я пытался поговорить с врачами о шансах на выживание и мне сказали, что у нас осталась только одна надежда и больше ничего. Когда я пришёл в следующий раз, то заметил, что Саша заброшен и не видно никакого ухода. Я подошёл к медсестре и спросил в чём дело, а она мне ответила, что они все удивляются: мол сын такой тяжелый, а мы денег не даём. С этого момента, каждый раз приходя к Саше, мы старались давать деньги медсёстрам. Скажу честно, на такой работе за те гроши, могут работать только святые или сёстры из монастыря. Ко мне снова подошёл Левин и потребовал уже 500 долларов, а когда я сказал, что сразу не могу дать, то он стал угрожать, что отключит аппарат искусственного дыхания. Я еле сдержался, чтобы не дать ему в морду, но во время остановился, понимая, что я уйду, а Саша останется в его власти. Как раз я узнал, что без согласия родственников больного могут пустить на органы. Оказывается есть такой закон и решают тут только врачи. Я понял, что нужно спасаться. К моему счастью на моей работе начальником цеха работала жена брата Лиманского, мэра Самары. Я подошёл к ней и всё рассказал. И что вы думаете. Прихожу на следующий день и меня приглашает к себе заслуженный врач России, зав реанимационным отделением и говорит, что этот Левин после инсульта, он не понимает, что творит. Она сказала ему, чтобы он немедленно отдал деньги. Не успел я от неё выйти, как Левин подошёл и, как ни в чём не бывало, отдал 10000 рублей. Как я понял он выполнял для них эту грязную работу, а отмазкой было то, что он после инсульта, а что взять с больного человека. Я его потом не раз видел, как он подходил к родственникам, лежащих в реанимации, и выяснял кто они и что с них можно взять. У заведующей я узнал, что максимально они держат в коме 18 дней, а потом отключают от аппарата искуственного дыхания и всё. Это вам не заграница, где люди могут долго пребывать в коме. Каждый раз в реанимации мы брали Сашу за руку и , разговаривая с ним, просили пошевелить пальцами. Иногда нам казалось, что есть движение. Подходил 18-ий день и тут повезло в четвёртый раз. Мы пришли и увидели, что его отключили от аппарата искусственного дыхания и он задышал сам. Это был самый счастливый день. На следующий день, заведущая быстрее спровадила егосо своих глаз вместе с кроватью на этаж ниже в нейрохирургическое отделение.
За время пребывания в коме в реанимации он из крепкого здорового молодого человека, кандидата в мастера дзю-до, превратился в усохшего старика. Врчи нам сказали, что необходима отдельная палата, т.к у него незакрытая дыра в горле и возможна инфекция.
К счастью, как раз освободилась такая отдельная платная палата, в которой еле умещались две кровати для Саши и его мамы. Сашина мама была уже 10 лет инвалидом 2 группы, но теперь должна была ухаживать за ним.

Берельсон.